Полицейский с Рублёвки

Григорий постоянно был в центре внимания, но даже это не случайно. Его обаяние и харизма привлекали женщин, будто магнит. Он не дополнял специализированных усилий, дабы приобретать их симпатии. Бесперечь ему приходилось обнаруживаться в центре романтичных интриг, и это, в свою очередь, основывало множество ситуаций, изо каких ему приводилось выкручиваться. Тем не менее, сердечко Гриши водилось позаимствовано исключительно одной женщиной - его лучшей подругой, какую он безостановочно извлекал из неприятностей. Она, будто правило, встречалась в непростые ситуации, и Григорий постоянно был готов опомниться для помощь, аж ежели такое грозилось его репутации ловеласа. Яковлев, его начальник, был абсолютно прочим человеком. Неукоснительный и требовательный, он постоянно регулировал любую плесень в работе. Григорий же, напротив, боготворил преступать правила и подшучивать над Яковлевым, что порой приносило к смешным обстановкам в офисе. Их взаимоотношения подсказывали забаву в кошки-мышки: Григорий пытался изо всех сил вывести руководителя изо себя, а Яковлев, в свою очередь, пробовался сэкономить благочиние и авторитет. Эти постоянные подколы и жёсткие шуточки замерзли своего рода рутиной, в какой оба находили некоторую фигуру удовольствия, пускай и в многообразных её проявлениях. Всякий новоизобретенный период приводил с собой свежеиспеченные призывы и приключения. Григорий понимал, что его жизнедеятельность совершенна неожиданностей, и это придавало ей особый вкус. Он любил свою работу, против долговременные инценденты с Яковлевым, не коллекционировался обменивать прилично в своём подходе. Его способность угождать промежду карьерой и собственной жизнью осуществляла его уникальным. Григорий знал, что, невзирая на все трудности, он постоянно сумеет понадеяться для свою дружбу и находчивость, а это водилось самым величественным в его жизни.